Один день из жизни дневального

А то вот дневалил я на военной кафедре.
Утро такое светлое (ненавижу), в универе тихо как в древнеегипетском мавзолее, только с шуршанием шастают работники кафедр. Среди всего этого иду грохоча каблуками я, даже не подозревающий о своей будующей прискорбной участи. Что характерно, накануне мы отлично погуляли, отпразновали день рожденье девушек, с которыми познакомились в деревне "Балтика". А перед этим самым мы работили грабельками, лопатами и заступами в нашем дворе, наводя какую то дурацкую чистоту - туда с роду никто не заглядывал, разве что Боженька, а тому это дело по лавандосу...

Это  я потерял нити повествования. Просмотрев предыдущий абзац, Вы поймете что я с вселенским грохотом подходил к вратам военной кафедры. Чу, как писали в русской прозе, вижу стоят наши, на паперти, можно сказать. После дознания оказалось что никто не идет в просторные чертоги, дабы его не сцапал дежурный по кафедре. Но все еще окрыленный вчерашним  я не убоялся такого поворота событий и присел на жесткой лавке, аж в третьем ряду, достал фломастеры и умное лицо. Тут то и появился дежурный. Это был тип обуреваемы нервным тиком, бородавками и базедовой болезнью, - проще говоря, подполковник Журавлев. Он, с иезуитской хитростью, начал допытыватся, кто же был дежурным в прошлый раз. Но все взвода показывали кривоватыми пальцами друг на друга, - Журавлев не в силах совладать с разумом возмущенным и приоткрыть эту тайну, и  поступил проще. Он подозвал командиров... Наши доблестные отцы почесали головы разнообразной чистоты и решили (монетку бросали, наверное) что дежурит именно наш взвод. А уж командир нашего взвода после проведения сложных ритуалов решил что звезды советуют назначить дневальным вон того мужика с красными глазами - проще говоря, меня.
 Первые сорок минут я сидел на тумбочке и болтал ногами, - вообще то я наладился покурить, но никак не мог придумать благовидного предлога чтобы это все осуществить. Вторые сорок минут я раздобыл журнал "Эксперт" и "Ведомости" (это газета) и изучал напечатанную жирным шрифтом концентрированную мудрость. Однако насладится изысканными построениями родной речи мне не дали.
 Сначала я почуствовал жуткую вонищу - словно кто то стирает старые носки в двухсотпроцентном растворе хлорки. Потом из удаленной аудитории выползли оба-двое - Журавлев унд Виноградов со слегка выпученными глазами. "Дневальный!!! Подь сюды!!" исполненным величия голосом проорали они. Я покорно подошел. "Слушай вводную. По партам разлит газ зорин - надо парты деактивировать" - а сами хохочу, а сами заливаются. После такого откровения я получил большую ампулу с чем то на редкость пахучим (и надо сказать, отнюдь не благовониями пахло) и обрывок трофейной шинели. Оснащенный этим инвентарем я принялся за работу, изредка отлучаясь глотнуть свежего воздуха - г-н Журавлев был настолько любезен, что приоткрыл мне окошко.  Потом я смотался покурить (дорвался таки) а потом вернулся и потоскал тяжеленные мониторы, а потом - ни-за-что-не-догадаетесь - еще раз протер пары. А потом еще раз - ибо от этой гадости которой чистят автоматы остаются ужасные, с точки зрения примитивной солдатской логики, разводы на партах. По мне так прекрасные разводы. Конкретные такие ... Но отбросим новорусскую этику. Главное не отламывать головку у второй ампулы. Там находится кислота, причем какая то ненормальная. Я то об этом не знал, поэтому открыл ее и насладился удушливым дымом. Кстати, тряпка щедро политая этой гадостью начала тихонько тлеть.
 А, вот еще что. Насчет инсинуаций с мониторами. Я попросил интеллектуальную работу - вот мне ее и выдали. Как говрится - если ты сильный программист - будешь таскать компьютеры. Хоть и не программист, а к физическому труду, который почему то облагораживает человека, я приобщился. Армейское мудрость - не светись.
 Так шикарно я еще не разу не проводил время. На десерт мы с напарником вымыли пол - последний раз такое мероприятие я проводил в 10 классе.
 В самом конце этого вертепа мы оправились сдаваться  к кому то из шишек. Прибежавший полковник с квадратной головой - клон, брат, сват и личный заместитель Анохина очень умилялся и в порыве пообещал нам зачет автоматом. Врет наверное, мерзавец. Поживем - увидим.
 Одним словом - тягостен и угрюм труд дневальных. Аки рабы чернокожие на латифундиях белых господ гнут они свою спину. И никакой пользы. Вот и вся мораль.

Groove Bird 2000

Комментарии к материалу отсутствуют. Добавить комментарий